<-- -->
Логотип сайта
» » Джим Корбетт - Наука джунглей. ГЛАВА ПЯТАЯ

Джим Корбетт - Наука джунглей. ГЛАВА ПЯТАЯ

И в детские годы, и в течение десяти школьных лет, и потом, когда я работал в Бенгалии, и между двумя мировыми войнами я обычно проводил каникулы и отпуска в окрестностях Каладхунги. И если за это время я не познал науку джунглей в той степени, в какой мог бы, то винить должен только самого себя. Ни у кого другого не будет больше таких возможностей, ибо возрастающая численность населения потребовала распашки все больших площадей джунглей, в которых в мое время водилось много дичи.

Вырубка лесов под предлогом их упорядочения нанесла непоправимый ущерб природе, ее результатом стала повсеместная гибель диких деревьев, дававших необходимые зверям и птицам цветы и плоды. Одним из таких последствий, которого обязательно следовало бы избежать, стало вытеснение миллионов обезьян из лесов на обрабатываемые земли.

В итоге правительство столкнулось с проблемой, которую очень непросто решить с учетом религиозных традиций местного населения, считающего обезьян священными животными. Когда-нибудь эта проблема будет стоять очень остро. Никак не позавидуешь тому, кто с ней столкнется, ведь, по моим подсчетам, только в Объединенных провинциях насчитывается не менее десяти миллионов этих животных, а десять миллионов обезьян на крестьянских полях и в садах — это весьма серьезная проблема.

Если бы в те далекие годы я знал, что возьмусь писать эту книгу, то постарался бы узнать о джунглях побольше. Часы пребывания в них были для меня периодом ничем не омраченного счастья, но теперь я понимаю, что это время можно было провести куда с большей пользой. Я был счастлив и думаю, что источником этого счастья была возможность наблюдать жизнь дикой природы в ее естественном состоянии. В природе нет места горю и жалобам.

Ястреб уносит птицу из стаи или животное из стада попадает в когти хищного зверя, а остающиеся радуются тому, что сегодня пробил не их час, и не думают о завтрашнем дне. Когда я всего этого не знал, я пытался спасать птиц и маленьких зверюшек, схваченных орлом или ястребом; или оленей, попавших в лапы хищника.

Но вскоре оказалось, что, пытаясь спасти одного, я обрекал на смерть обоих. Потому что когти ястреба либо орла или зубы и клыки хищного зверя несут на себе яд в виде гниющих остатков мяса и крови, и без немедленной квалифицированной медицинской помощи, что в джунглях невозможно, из сотни вырванных из лап хищника жертв выживет только одна, а убийца, лишенный добычи, немедленно найдет себе другую жертву, чтобы накормить себя или свое потомство.

Некоторые виды птиц и животных существуют в природе специально для поддержания в ней баланса, и чтобы выполнять эту роль и одновременно обеспечивать себя тем единственным видом пищи, которую они в состоянии добыть, им приходится убивать. Они делают это так быстро и умело, как это только вообще возможно. Ведь самому нападающему важно не привлечь к себе внимания врагов, и страдания жертвы от этого становятся меньше. В этом и состоит предусмотрительность природы.

У каждого вида — свой способ охоты, зависящий в основном от соотношения размеров охотника и жертвы. Сапсан, например, большинство своих жертв убивает на земле, однако, при случае, может поймать небольшую птичку за крыло, убить и съесть ее в воздухе. Тигр же то считает необходимым сначала перерезать животному сухожилия и потом уже свалить его на землю и задушить, а то валит жертву одним ударом.

 

В естественных условиях народ джунглей никогда не убивает просто так. Лишь некоторые животные — лесная куница, виверра, мангуста — при каких-либо обстоятельствах, выходящих за рамки обычных, убивают сверх своих потребностей, так сказать, из спортивного интереса. Спорт ведь понятие широкое и может быть интерпретировано по-разному. Приведу два примера того, как я это понимаю.

Когда Перси Уиндхем был уполномоченным по Кумаону, сэр Харкорт Батлер, тогдашний губернатор Объединенных провинций, попросил его поймать питона для открывшегося незадолго до этого зоопарка в Лучноу. Уиндхем получил это указание, когда совершал обычную зимнюю инспекцию. Прибыв в Каладхунги, он спросил, не знаю ли я, где можно раздобыть такого питона, который, с одной стороны, был бы достоин наших джунглей, а с другой — подходил бы для подарка губернатору от уполномоченного.

Я действительно знал одного такого питона, и на следующий день Уиндхем вместе с двумя своими шикари[7] и я, разместившись на спине слона, отправились в лес, чтобы взглянуть на питона, бывшего у меня на примете. О его существовании я знал уже несколько лет и без труда провел слона до нужного места.

Мы обнаружили питона растянувшимся на ложе, которое он себе соорудил в русле мелкого ручья. Кристально чистые струи покрывали огромное тело всего на дюйм, и любому могло показаться, что перед ним находится музейный экспонат под стеклянной витриной. При виде питона Уиндхем сказал, что это как раз то, что нужно, и приказал погонщику отмотать кусок веревки. После того как эта манипуляция была проделана, Уиндхем сделал на конце веревки петлю, протянул ее своим шикари и приказал им спуститься на землю и заарканить змею.

В ужасе оба они заявили, что это совершенно невозможно. «Не бойтесь», — сказал им Уиндхем и добавил, что если питон только попробует на них напасть, то он его застрелит, а у него было с собой крупнокалиберное ружье. Однако и это не произвело на шикари впечатления. Тогда Уиндхем обернулся ко мне и спросил, не хочу ли я помочь его людям. Я довольно эмоционально пояснил ему, что именно этого мне бы хотелось меньше всего на свете. Уиндхему не оставалось ничего другого, как оставить мне свое ружье и спуститься на землю к двоим мужчинам.

Жаль, что вместо ружья в моих руках тогда не оказалось кинокамеры, чтобы запечатлеть на пленке зрелище, которое мне предстояло увидеть, — а ничего более забавного мне наблюдать не доводилось.

План Уиндхема состоял в том, чтобы набросить петлю на хвост питона и вытащить его на сушу, а затем связать и погрузить на слона. Когда он посвятил своих подчиненных в этот план, они вручили веревку ему самому и сказали, что они готовы затянуть петлю, если он сумеет подвести ее под хвост змеи. Однако Уиндхему казалось, что именно эту операцию оба парня сумеют выполнить более квалифицированно. После долгих маневров вокруг питона и живописных немых сцен, так как они боялись потревожить дремавшую змею, всем троим пришлось войти в воду, причем каждый старался держаться как можно дальше от петли, которую предстояло накинуть на питоний хвост.

Соблюдая осторожность, ловцы стали медленно двигаться против течения. Когда они приблизились к животному на расстояние вытянутой руки, питон вдруг приподнял голову над водой на два фута, а потом начал поворачиваться и скользить в их сторону. С воплем «Бхаго, саиб!» («Спасайтесь, господин!») оба шикари вылетели из воды. Вслед за ними выскочил и Уиндхем, и все помчались к зарослям кустарников на берегу ручья. Тем временем питон не спеша проскользнул под корнями большого дерева ямун и исчез из вида, а мы с погонщиком чуть не свалились со слона от смеха.

Месяц спустя я получил от Уиндхема письмо, в котором он сообщал, что на следующий день прибудет в Каладхунги и хотел бы еще раз попытаться добыть питона. У меня как раз гостили Джеф Хопкинс со своим приятелем, и мы втроем решили сходить на старое место и проверить, по-прежнему ли там живет питон. У корней дерева, где он когда-то отдыхал, земля была вся истоптана копытами нескольких поколений часто приходивших туда оленей. И среди этого чудного пыльного месива мы нашли питона.

Парочка выдр прикончила его за несколько минут до нашего появления.

Выдры выработали свой метод уничтожения питонов и крокодилов, которых они убивают из спортивного интереса, поскольку мне никогда не доводилось слышать о том, чтобы они ели этих рептилий. Они приближаются к намеченной жертве с разных сторон, и когда питон или крокодил поворачивает голову, чтобы защититься, допустим, от выдры, стоящей слева, правая прыгает (а выдры страшно проворны) и кусает как можно ближе к шее. Тогда жертва поворачивается вправо и нападающий слева, в свою очередь, бросается в атаку. Таким образом, даже если укусы оказываются неглубокими, выдры рано или поздно прокусывают шею питона или крокодила почти до позвонков и тем не остается ничего другого, как отправиться в мир иной, хотя и питоны и крокодилы очень живучи.

Питон, о котором шла речь выше, был длиной в семнадцать футов и шесть дюймов, в поперечнике он составлял двадцать шесть дюймов, так что выдры все же рисковали, напав на него. Но это отважные животные, и не исключено, что они, подобно людям, оценивают остроту игры в зависимости от степени риска.

Во втором случае, о котором я хочу рассказать, речь идет о взрослом слоне и паре тигров. Если мое предположение относительно возможности нападений из спортивного интереса не работает, то никак не объяснить, зачем бы это понадобилось королю и королеве индийского леса ввязываться в смертельную схватку с богом джунглей. В прессе потом много писали об этом, а издателей журналов «Пионер» и «Стейтсмен» все знаменитые охотники просто засыпали письмами.

Какие только теории не выдвигали для объяснения происшествия: и старые счеты, и месть за убийство детеныша, и просто нападение с целью добычи пропитания. Никто из писавших статьи и письма своими глазами схватки не наблюдал, а ни одного сходного случая известно не было. Поэтому методом дедукции реконструировать ситуацию было невозможно, гипотезы так и остались гипотезами, ничего не было доказано.

Впервые я услышал о схватке, стоившей жизни слону, когда суперинтендант Тераи и Бхабара спросил меня, хватит ли двухсот галлонов парафинового масла для того, чтобы сжечь его тело.

Наведя справки в суперинтендантской конторе в Найни-Тале, я узнал, что тигры убили слона в Танакпуре, на скалистой площадке, где зарыть его невозможно и поэтому встал вопрос о кремации. Эта информация представляла для меня большой интерес, но, к сожалению, следы были десятидневной давности, сильные дожди изменили всю обстановку на месте происшествия, к тому же пришлось сжечь и тело.[8]

Однако оказалось, что мой старый приятель Наиб Тахсилдар из Танакпура, не наблюдая этой битвы воочию, слышал ее звуки. От него-то я и знаю детали, которые привожу ниже.

Танакпур — это конечная станция железнодорожной ветки, отходящей от линии Удх — Тирхут, и довольно значительный торговый центр, расположенный на правом берегу реки Сарда, как раз в том месте, где она выходит из ущелья. Тридцать лет назад река протекала вдоль высокого берега, на котором и был построен Танакпур, но, подобно всем большим рекам, вырывающимся из теснины, Сарда промывала себе все новые и новые русла, так что к тому времени, которое здесь описывается, от реки до Танакпура было две мили.

Между первоначальным берегом высотой около ста футов и основным руслом реки пролегало несколько небольших проток, и на образованных ими островках стояли иногда чахлые, а иногда и довольно мощные деревья, росло множество кустарников, тянулись травяные заросли.

Как-то раз два малхаса (лодочника) из Танакпура ловили рыбу сетью на Сарде. Они задержались дольше, чем первоначально рассчитывали, и когда пустились в двухмильный путь домой, солнце уже садилось. Перейдя последний островок и выйдя из густой травы на берег отделявшей их от высокого берега протоки, они вдруг увидели двух тигров, расположившихся на ее противоположном берегу. Ширина протоки в этом месте была не более сорока ярдов, причем вода текла по руслу тоненькой струйкой. Тигры оказались прямо на пути людей, и те, решив переждать, пока звери уйдут, припали к земле. Эти двое и раньше много раз встречали тигров, так что в панику они не впали. На это стоит обратить внимание, потому что, когда в джунглях начинаешь пугаться, воображение выделывает порою странные штуки.

Было еще достаточно светло, поскольку солнце только что скрылось. К тому же на небе взошла полная луна и при ее свете тигры, стоявшие на открытом месте, были отчетливо видны. В это время в траве, через которую только что пробирались двое рыбаков, послышался шум и на этой же стороне протоки появился слон с огромными бивнями. Этот бивненосец был хорошо известен в лесах вокруг Танакпура. Он снискал себе дурную репутацию в лесном департаменте из-за скверной привычки вырывать деревянные опоры крыши охотничьей хижины (бунгало) в лесу Чене. Правда, делал он это не со зла.

Подойдя к протоке, слон увидел тигров, поднял хобот, затрубил и двинулся на них. Тигры повернулись к слону, и, когда тот приблизился, один из них стал отвлекать его внимание спереди, а второй, обойдя слона, прыгнул ему на спину. Вертя головой, слон пытался схватить тигра, оказавшегося у него на холке, хоботом. Но в это время второй зверь, который отвлекал внимание слона, вцепился ему в голову. Слон ревел от ярости, а тигры свирепо рычали во всю мощь. Когда разъяренный тигр рычит, это звучит довольно устрашающе. А поскольку к этим звукам добавлялся рев обезумевшего слона, ничего удивительного в том, что у наблюдавших все это малхасов не выдержали нервы и они, побросав и сети, и улов, помчались со всех ног в Танакпур.

Когда стали доноситься первые звуки битвы, в Танакпуре в полном разгаре было приготовление ужина. Вскоре прибежали малхасы с сообщением о схватке слона с тиграми. Некоторые смельчаки отправились на высокий берег реки в надежде получше рассмотреть происходящее, однако, когда стало ясно, что битва перемещается в их сторону, в панике обратились в бегство. И через несколько минут в Танакпуре не оказалось ни одной незапертой двери. О продолжительности битвы не было единого мнения.

Одни утверждали, что звуки ее доносились всю ночь. Другие придерживались мнения, что все завершилось к полуночи. Мистер Матесон, отставной джентльмен, чье бунгало стояло на крутом берегу реки, чуть выше места, где происходила схватка, говорил, что она тянулась много часов и что он никогда не слыхивал столь ужасающих и леденящих кровь звуков. Ночью были слышны и выстрелы, хотя, кто стрелял, не ясно. Это мог быть и мистер Матесон, и местная полиция. Во всяком случае, эффекта это не произвело, звери не разбежались и схватка продолжалась.

Наутро жители Танакпура снова пришли на берег и с высоты ста футов увидели, что у подножия обрыва, на покрытом галькой берегу, лежит мертвый слон. Судя по ранам, описанным мне Наиб Тахсилдаром, животное погибло от потери крови. Тело нигде не было обгрызено. Раненых или мертвых тигров в ближайшие дни в окрестностях никто не находил.

Не думаю, что, нападая на слона, тигры собирались его убивать. Не убедительны и такие объяснения, как вендетта, месть за съеденного детеныша или добывание пищи. Но факт, однако, остается фактом, и пара тигров убила близ Танакпура огромного слона с бивнями, весившими девяносто фунтов. Я думаю, что то, что начиналось как забава — слон пытался прогнать со своего пути пару матерых тигров, — переросло потом в настоящую схватку. Я подозреваю, что тигр, вспрыгнувший на голову слона, выцарапал ему глаза, ослепленное животное бессмысленно металось до тех пор, пока не оказалось на высоком берегу. Здесь, на неустойчивом галечном грунте, в котором он увязал, слон оказался в западне и попал во власть тигров, которые теперь уже были беспощадны, возможно, от полученных ими ран.

Все хищные животные убивают своих жертв зубами. Звери, которые подкрадываются к добыче, пользуются когтями, но обычно только для того, чтобы схватить и удержать ее. И лишь иногда — с целью обездвижить жертву, чтобы затем ее растерзать. В джунглях хищник редко преследует долго. Движения нападающего зверя столь стремительны и за ними так трудно уследить, что даже я, не менее двадцати раз видевший, как это делают тигры или леопарды, не смог бы точно заметить, в какой именно момент нападающий хватает жертву.

Лишь в одном случае я был свидетелем того, как кормившийся читал был молниеносно атакован в лоб с подветренного направления. Это и понятно. Животные, которыми питаются тигры и леопарды, способны нанести им очень серьезные раны рогами. Поэтому почти всегда нападающий бросается на жертву сзади или с фланга, в одном прыжке или коротком броске хватает ее когтями и далее молниеносно вонзает ей зубы в горло и валит на землю.

Но и повалив животное, хищник должен проявлять максимум осторожности, так как взрослый замбар или читал может одним махом распороть тигру или леопарду брюхо. Поэтому, чтобы не быть раненым и не дать жертве встать на ноги, нападающий выворачивает ей шею набок. Когда упавшее животное удерживают на земле таким способом, оно сколько угодно может брыкаться. Причинить врагу вред ему все равно не удастся, а подняться и убежать оно сможет, только сломав себе шею. Случается, что тяжелое животное действительно сворачивает себе шею уже при падении. Если же этого не происходит, то хищник ломает ему шею клыками или удушает жертву, пережимая ей горло.

Никогда не замечал, чтобы леопарды подрезали жертве подколенные сухожилия, а тигры это делают довольно часто. Для этого они используют не зубы, а когти. Однажды знакомый рассказал мне, что какой-то зверь задрал у него корову недалеко от хребта Семдхар в шести милях от Найни-Тала. У него было большое стадо, и ему много раз доводилось находить животных, убитых тиграми или леопардами.

Но по отсутствию следов на шее коровы и по тому, как было расчленено тело, он предположил, что на нее напал какой-то неизвестный зверь. День только начался, когда он мне об этом поведал, и уже через два часа мы были на месте происшествия. Корова, вполне взрослое животное, была убита на противопожарной просеке шириной в пятьдесят футов, и ее не пытались утащить оттуда. Когда мне рассказали обо всех обстоятельствах происшествия, я решил, что на животное напал гималайский медведь.

Обычно медведи не едят мясо, но иногда они нападают на травоядных животных, а поскольку, в отличие от тигров и леопардов, медведи мало приспособлены для такой охоты, они убивают своих жертв очень грубо. Однако эту корову убил не медведь, а тигр, и сделал он это очень странным способом. Сначала он подрезал ей сухожилия, а затем распорол брюхо.

Убив корову, тигр съел часть задней ноги, отрывая от нее мясо когтями. Проследить путь хищника по твердому грунту было невозможно, и остаток дня я провел, бродя по окрестным лесам и пытаясь поднять тигра с его лежки выстрелами. Перед закатом я вернулся к телу убитой коровы и просидел возле нее всю ночь на дереве. Тигр не пришел. Не возвращался он и к телам девяти других убитых им тем же способом животных — шести коров и трех молодых буйволов.

Этот метод убийства жесток с точки зрения человека, но не тигра. Он должен убивать, чтобы не умереть с голода, а способ охоты зависит от его физических возможностей. Раз тигр не мог убить жертву клыками и утащить добычу в лес, раз он вынужден был отрывать куски мяса когтями, а не зубами, значит, у него был какой-то физический дефект. Этот дефект, полагаю, был результатом неудачного выстрела из скорострельного ружья, при котором у тигра была отстрелена часть нижней челюсти.

К этому заключению я пришел после осмотра первой жертвы. Моя уверенность в том, что хищник ранен и продолжает мучиться, возросла, когда стало заметно, что тигр нападает на животных все реже, а отъедает от тела каждой новой жертвы все меньшие куски. По-видимому, его ранили возле убитого животного, поэтому-то он никогда и не возвращался к туше за второй порцией мяса. После десятого случая нападения прекратились, а поскольку ничего не было слышно о том, что где-то был застрелен или найден мертвым тигр, я склоняюсь к мысли, что тигр уполз в одну из множества окрестных пещер и там умер от своих ран.

Можно добавить, что это редкий, но не единственный случай, когда тигры потрошат своих жертв. У двух самых больших буйволов, павших на моей памяти от зубов тигров, были подрезаны сухожилия. Тигры сделали это когтями, а уже потом, завалив на землю, добили клыками и зубами.

https://www.rulit.me/books/nauka-dzhunglej-read-83904-1.html


Теги
Пожертвования сайту bayanay.info
Карта Сбербанка 4817 7602 3851 4081
Спасибо!
Написать комментарий
Ваше Имя:


Ваш E-Mail:




Введите два слова с картинки:

Логотип сайта
Доступ к сайту бесплатен для пользователей Экспресс-Сеть, Гелиос-ТВ, ЯГУ, Наука, Оптилинк, Сахаспринт и по льготному пиринговому тарифу для сетей ADSL и "Столица" © 2011 Copyright. Все права защищены. Копирование материалов допускается только с указанием ссылки на сайт. Вопросы и пожелания по сайту: bayanay-site@mail.ru

  Яндекс.Метрика
-->
Fatal error: [] operator not supported for strings in /opt/HOSTING/bayanay.info/htdocs/index.php on line 333